• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Весна (список заголовков)
16:38 

Леди Апреля и Птичья Луна

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©

Леди Апрель, одна из белых дев, распускает корону белых кос — косы окунаются в ручьи, ручьи журчат, разбегаются повсюду разведчиками реки.
На узорном поясе у Эо, леди Апрель — ключи ото всех бродячих дверей, каких множество весною — зелёных, коричневых, алых, пёстро-полосатых; говорят, средь них можно найти свою, и она необязательно должна быть зелёной.
Следом за Эо летят певчие птицы, гомонят, спорят меж собой, ступает вброд по сырой земле лошадка-весна с гривой из нагих ветвей и веточек. В расплётшихся волосах Эо — гибкие веточки вербы, за гриву лошадки цепляются, едут на спине, возятся крохотные серебристо-пушистые вербокотята, под шагами лошадки и леди прорастает трава.

Где-то в далёкой академии кошачьих наук Тень кота поёт серенады старой вербе, и та распускается пушистыми серёжками-котиками.

Ивы, обмакнув ветви в ручьи, свивают струи и плетут ветер — весеннее колдовство.
Тропинки и дороги, слегка обезумев после долгой зимы, мечутся беспорядочно, путаются в невообразимые клубки — и сам лорд-лис Сентябрь затруднился бы распутать, хоть осенние знают о дорогах и тропах почти всё. Но лорд осени прокладывает пути, а леди Апреля лишь открывает те, что уже есть.
Эо терпеливо разматывает клубки (лошадка придавливает непослушный конец — или начало — клубка, чтоб не путалось дальше, меланхолично жуёт край серебристой накидки на плечах хозяйки), гладит строптивые тропинки по выгнутым спинкам, а дорогам поёт — и те наконец успокаиваются, хотя всё равно ведут не туда, куда вроде бы должны, а куда им вздумается. Всё, что получается у Эо — хотя бы заставить их приводить туда, где идущему по ним нужно на самом деле оказаться — в конце концов, это даже важнее, ведь тропинки и дороги порой знают о том куда лучше людей.

От песни Эо распускаются белыми цветами веточки в гриве лошадки, звонче поют птицы, ловя и привязывая к ветвям деревьев солнечные лучи.

Непокорные, строптивые бродячие двери озоруют, норовят потерять прошедших в них людей — каждую отлови, укори, проверь, звякнув ключами, которые Эо даже поворачивать не нужно — лишь встряхнуть всей связкой, и дверь отопрётся сама.
Лошадка встряхивает распустившейся, расцветшей гривой, становится на дыбы с негодующим ржанием — озорные котята тянут, путают веточки, осыпают цветы, играют в прятки.
Эо успокаивает лошадку, гладит по шее и кормит сахаром, выпутывает серебристых котят. Лошадка вздыхает по-человечески, утыкается лбом в плечо.

Плывут по ручьям сделанные детьми кораблики — одни из коры, другие из газет, и Эо поёт, помогая ручьям добраться до рек. Там сумевшие доплыть кораблики вырастут в лодки, а сумеют добраться до моря — вырастут в корабли. Погибнув или устав — в пору Птичьей Луны обернутся птицами.

Сияет и поёт тихонько весенняя Луна Птиц, уставшие ржавые корабли распахивают крылья, парят в серебристых лучах призрачные лунные дивоптицы, и расцветают из упавших перьев и ноток песен первые цветы.
Все растёт под Луной Пашен, прорастают сквозь города дикие, буйные леса, чтобы с рассветом вновь прикинуться высокими зданиями, просыпаясь, потягиваются драконы и непредставимые звери, что дома, карусели, горки, батуты днём, средь людей и для них.

Леди Апрель шествует по траве, ковром устилающей землю для неё, вброд бредёт весенняя лошадка с гривой из белых цветов и бегут по пятам озорные крохотные вербокотята.

Зевнув, разворачивает клубок небесная лунная драконица. Всё ж и она птица — звёздная.

@темы: луна, кошки, дети Мау, весна, Хранители года, сказки

15:16 

Весенний дождь

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©
Дождь весной — другой, будто летом и осенью приходят другие дожди — может быть, братья весеннего, а может, просто похожи. Весенний дождь, чуть растрёпанный — пряди, похожие на пепельные перья, со звенящей подвеской у виска, до плеч, нездешний, потерянный, не помня ничего раньше этой весны, словно фейри-подмёныш, родич тех, что заманивают людей в холмы и крадут их детей, очнулся здесь, потеряв человечью маску с талой водой, позабыв, кто он есть, бродит по городу, неся с собой воду, падающую с небес. Проваливается в потемневшие сугробы, скользит по серому льду, пошедшему волнами, будто возомнив себя морем, путается в потяжелевших от талой воды полах одежд фейри — бледно-синего и серебристого шёлка. Бродит, пытаясь найти неведомое потерянное, зябнет, смотрит по сторонам — всё чужое, пока весенний ветер — прозрачный, серебристый, холодный — не усаживает его к себе на спину, между крыльев — этакий крылатый лохматый длинный змей с лукавыми, не змеиными совсем большими глазами, переливающимися, меняющими цвет.

Дождь напевает, тучи, слушая его, роняют воду, мешая со снегом, и голос Дождя — будто кто-то тихонько ударил ложечкой по краю хрустальной вазы, серебро капели, хрупкий, затихающий звон, а ветер-змей вторит, свистит весенней птицей, флейтой, вьётся меж деревьев, зданий и оград, а вслед за ними сугробы растекаются ручейками. Ручейки унесут с собой детские лодочки из газет, вырастут в реку, река впадёт в море, из лодочек вырастут лодки, а потом — корабли.

Если заглянуть в глаза весеннему Дождю — тёмно-прозрачные, как воды глубокой и чистой реки — можно утонуть, провалиться, как проваливаются под талый лед на реке, а там, подо льдом, — тёмная вода, и камни на дне, и утонувшие звёзды, и водится неведомый кто-то, не разобрать.

Змей-ветер пьёт оставленное для фейри в ночи молоко, облизывает довольно усы, сам становится молочно-белым, делает круг над городом, наконец опускается на чёрную асфальтовую спину мокрой дороги. Дождь треплет ласково по холке — ветер игриво толкает мордой, отпускает, дальше идёт пешком.

Чтобы вернуть память и имя, Дождю надо пройти через мост, найти нужный средь прочих — тот, где балки цветут, будто ветви деревьев весной, и сам он весь зарос подснежниками, тот, что не был построен, но вырос, как растут деревья, только из железных корней и ростков, когда кто-то увидал его во сне. На том берегу Дождь вспомнит себя.

Весенний ветер же улетает далеко-далеко, почти на край света, обвивается вокруг маяка — заброшенного маяка на туманной косе, который так любил своего смотрителя, что не смог отпустить, когда тот умер, выдумал его заново — вечно молодым; говорят, иногда, в самые тёмные ночи, на вершине маяка загорается призрачная звезда, чтобы потерявшие путь и заблудившиеся в темноте отчаяния всё-таки нашлись.

Змей нежится, дремлет в мягком, пушистом молочном тумане, изредка поводя ушами, чтобы не пропустить, когда вновь треснет зимний лёд, настанет его время, время весеннего ветра, холодного, прозрачного, серебристого.

Весенний Дождь ступает неслышно сапожками, тонкое лицо прозрачно и печально, чуть звенит подвеска у виска — пёрышки и капельки горного хрусталя. Дорога потягивается сонно, выгибает довольно спину под шагами дождя, стряхивая остатки снега и льда.


@темы: весна, маяки, мелодии иных миров, сказка о Дожде, странные рассказки, счастье - есть

03:49 

Госпожа Марта

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©

Старый город звенит капелью, вздыхает порывами ветра, мечтая о лете, которое согреет и просушит стены домов. Крыши звенят, блестя влагой на солнце, встряхиваются, сбрасывая надоевший снег.
Отчего-то принято считать, что воплощения месяцев — исключительно мужские. Марта только улыбается: она-то знает правду, а прочим — ни к чему.

Марта танцует с ветрами, сплетает их в мосты, водит дружбу с котами.
Как-то пару столетий проходила с кошачьими ушками — один колдун проклял в сердцах, вот морока была! Хотя правда была иной — пушистые серые ушки ей нравились, потому и не торопилась проклятие снимать…

— Если б я не знал наверняка, что ты моя сестра, то решил бы, что тебя подменили кошки в детстве, — говорит лорд Февраль, господин ледяных ветров, и зимние духи молчат почтительно, вихрь послушно свивается у ног.
Марта, своего брата сестра, только смеётся звонко: и в её крови, крови госпожи весеннего месяца, есть зимнее серебро!

А кошки... как ветер, кошки вольны, свобода у них внутри — и Марту свобода с ними роднит.
Кроме тех котов, что первой жизнью живут, есть те, кто ушёл дальше — ветрокоты и солнцекоты. читать дальше

@темы: кошки, дети Мау, весна, Хранители года, сказки

22:17 

Кони мая

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©

...Слышишь дальний топот копыт? То кони, незримые кони мая скачут, и бег их не виден, но ощутим.
Закончилось темное время, гиблое время Кайлэх - впереди свет и жизнь, и цветение, и светлое утро мира, и вестники полдня - белые кони, что спустились по звёздному пути.
Ржёт звонко долгогривая кобылица, вторит ей конь, брызгами из-под копыт - живое злато пушистых цветов. Долги нынче светлые дни, синими из непроглядно-темных становятся ночи - мчатся с ветром наперегонки кони весны.
Таятся, прячутся духи зимы - гибельны для них ожившие ветер и солнечный свет, уползает, засыпает до следующего поворота колеса живой мрак под камнями и корнями дерев.

Там, где промчатся кони - пробьется из-под земли первая зелень, позолотятся от одуванчиков луга, согреют солнечные цветы землю и человеческие души. Топнут копытом кони - придут первые грозы, откликнется на зов ветер-побратим, пригонит лохматые тучи; огненными гривами тряхнут конь с кобылицей - прольются, расплетая косы, тёплые дожди, а звёзды, осыпавшись, распустятся черёмуховым и яблоневым цветом, и вместе с цветами распустятся чьи-то дивные мечты.

Слышишь дальний топот копыт?.. То кони, солнечные кони мая, вольного ветра брат и сестра, скачут, поправ копытами ледяного змея зимы, незрим их бег, и летит, летит им вслед яблоневый цвет.

Заходит Луна Цветов, на исходе весны, промчавшись по морю трав, прыгнут с обрыва кони, исчезнут, будто и не бывало их - лишь две белые птицы взмоют в небеса.
Колышется, волнуется море трав, да ветер шепчет неразборчиво - о белых конях, что были, что принесли на спинах весну и ясный день, а ныне и следы их - солнечные цветы - поседели, облетели, затерялись в буйных травах.

@темы: сказки, весна

09:57 

Начало весны

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©
Там, где озёра синее небес, а речная вода прозрачна и сладка, где морем колышутся травы в человеческий рост, где поют ветра и носятся с ними наперегонки вольные крылатые кони, где безмятежны и долги дни и седы от звенящего звёздного серебра ночи, там рождается весна — птенец, смешной, трогательный и нелепый.

(Там, в степи, живут люди-птицы, что вылупляются птенцами, едва оперившись — принимают человеческий облик, забывают, что были птицами, и живут как люди, пытаются отловить и приручить хитрющих крылатых коней, побратимов ветра, — небо зовёт по-прежнему, хоть память и спит; лишь состарившись, вновь вспоминают, что — птицы, и, хотя старый, как малый, готов верить в небывалое, летать юному куда как легче, и кости не болят — и тогда время оборачивается вспять, старик становится сперва пожилым, потом зрелым человеком, темнеют, становятся гуще волосы, исчезают морщины с лица, а там и до юноши-девушки недалеко — вновь влюбляется, не спит ночами… и вот уже голенастый взъерошенный подросток, шагнув с заросшего травами холма, распахивает крылья, и теперь-то птица остаётся птицей, даже если порой выглядит как лохматый мальчишка или взъерошенная девчонка.)

Скоро птенец-Весна оперится полностью, сменит пуховый детский наряд на перья, изумрудные, как у дальнего родича кецаля, из яйца которого некогда родился ставший человеческим божеством пернатый змей, и встанет на крыло.
И робкое тепло больше не отступит перед холодами. Когда день сравняется с ночью, пролетит низко над землёй изумрудная птица, рассыпая искры с крыл — и там, где падут искры, взойдут травы — изумрудные, как наряд птицы-Весны, проснутся, осенённые крылами, от долгого сна деревья, распускаясь молодой листвой и украшая себя цветами.

Распускает косы Хозяйка Дождей, птицы и звери, травы, деревья и цветы — все спешат жить, спешат позабыть долгое время зимнего тёмного сна.

...А где-то высоко в небе купается в тепле и свете небесного жар-цветка, поет, ликуя, изумрудная златоглазая птица-Весна.
Птица обернется царевной — и цветы распустятся там, где она ступит.

@темы: весна, птицы, странные рассказки

20:30 

Звери солнца

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©

После долгой, холодной зимы хочется тепла, но солнце забегает ненадолго, светит вполсилы, не грея совсем, ленится подняться высоко.
Лисы тоже устали от зимы. Каждую весну рыжие лисы танцуют, зазывая солнце.
Они собираются вместе, танцуют, кружатся, подпрыгивают как можно выше, взмахивают хвостами, приманивая солнце, пушатся - и искорки зажигаются на густом меху.

Любопытное солнце задерживается посмотреть на лисий танец - тут-то лисы его и ловят. Собрав искорки с рыжего меха, лисы разжигают сонное солнце ярче - и приходит весна, тает снег и звенят ручьи.

От звона просыпаются благие фэйри, готовят лучшие наряды для празднования Остары, украшают свои холмы цветами - синими, белыми, лиловыми. Из лепестков они сотворят дивные одеяния, в которых будут танцевать на весеннем балу. Из каждого ручья в эту пору может выглянуть ещё чуть сонная, но любопытная мордашка фэйри - от любопытства, кажется, даже острые ушки шевелятся: а что сейчас вокруг, что случилось, пока мы спали?.. Стоит подойти близко - тут-то и утащат неосторожного путника! Из озорства, не со зла. Просыпаются от долгого сна дриады, приводят в порядок свои деревья, водят хороводы с подругами.

Рыжие лисы весело тявкают, играют и купаются в солнечном свете, а потом разбредаются кто куда - зажженное ярко солнце теперь будет гореть до осени, ну, а лисы могут заниматься своими делами. И хранить солнечные искорки до будущей весны, когда снова придется разжигать сонное солнце.

Рыжие лисы - солнечные звери, и они не любят волков, помня, как один из волков когда-то пытался проглотить солнце.

@темы: странные рассказки, лисы, весна

21:46 

Весна, две Леди и один Лорд

В моих снах цветы тают и распускается снег... ©
Для Эмберли. Еще одна обещанная история про одного из Лордов - и можно до лета делать перерыв с временами года и их лордами и леди :)

читать дальше

@темы: Хранители года, весна

Осколки цветных витражей

главная